Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:










Татьяна Владимировна Герхен 

26.06.1927 - 27.11.2016 

геофизик 

генеалог 

училась в нашей школе
в 1935 - 1937 гг. 




.














Татьяна Владимировна Герхен в известной мере продолжила фамильные традиции, так как среди предков Татьяны Владимировны со стороны матери были известные ученые физики. Портрет одного из них, Юрия Викторовича Вульфа, висел на кафедре кристаллографии в Горном Институте. Кроме этого, она является родственницей известной в мире искусств фамилии Бруни – шесть представителей этой семьи учились в гимназии К.Мая. Благодаря хорошей домашней подготовке Таня Герхен осенью 1935 г. была сразу принята во второй класс, однако при изменении статуса школы в 1937 г. вынуждена была продолжить учебу в других учебных заведениях. 

Лучше любого биографа о годах своей учёбы в школе рассказывает сама Татьяна Владимировна: 

«…Два учебных года (1935–36 и 1936–37) я проучилась в школе, помещавшейся в доме № 39 по 14 линии Васильевского острова. В те годы на фронтоне здания была надпись: «ХVII средняя школа» … 

… В 1930–е годы школьное обучение начиналось с 8 лет. Летом 1935 г. мне исполнилось 8 лет, но после «собеседования» с педагогами меня приняли сразу во 2 класс. Моя первая учительница — Евгения Владимировна (фамилии ее не помню) — оставила у меня неизгладимое впечатление на всю жизнь. Мы ее очень любили, и почти все слушались беспрекословно. Ей было лет 55, полная, гладко зачесанные с проседью волосы, очень доброе лицо, никогда не повышавшая на нас голоса. Наш 2а класс помещался на 4 этаже, здесь были классы 1 ступени (с 1 по 4 классы). Огромное полукруглое окно нашего класса выходило на 15 линию, и я очень любила во время урока смотреть на большие рельефные вазы, украшавшие верхний этаж противоположного дома. На переменках мы выходили в большой рекреационный зал, фотография которого есть в книге «Школа на Васильевском». Там уже ждали нас дежурные старшеклассники, которые организовывали с нами «коллективные игры». Они собирали нас в группы человек по пятнадцать и играли с нами в игры типа хороводов: «А мы просо сеяли, сеяли…», «Колпачок, колпачок — тоненькие ножки…», «Как на чьи–то именины испекли мы каравай…» и т.п. Мальчикам это было неинтересно, они носились по залу, стараясь сбить с ног играющих. Старшеклассники их ловили, малыши старались перекричать друг друга… 

Школа была «образцовая», и в идеале мы должны были на переменках чинно прогуливаться парами, тихо беседуя, или дисциплинированно водить хороводы. Но для малышей такое поведение было противоестественно. После окончания уроков мы строились попарно, и Евгения Владимировна вела нас по широкой парадной лестнице вниз, в гардероб. Между прочим, в 1935 г. мы учились 4 дня подряд, а каждый 5–й был выходным. Месяц таким образом делился на 3 «декады» и на 6 «пятидневок». В нашем классе было около 25 человек. Дети были разных национальностей, разных социальных слоев, но класс был дружный. Мы придумали свою игру «в семью». Самый высокий мальчик, Славик Казакевич, был «папой», самая крупная, спокойная девочка, Тамара Плетнева, — «мамой», остальные были «дети», «братья», «дяди», «тети», «двоюродные» и т.д. Мы вместе шли домой из школы и по дороге импровизировали, разыгрывали ситуации, которые происходили в наших семьях, очень смеялись и веселились. 

На праздники, которых было 2–3 в год, мы собирались в главном зале на 3 этаже. Приглашались и родители. Праздники были яркие, веселые. Почти все дети успевали «выступить»: пели в хоре, танцевали в костюмах «русскую», «яблочко», «матлет», строили спортивные пирамиды. Торжественный праздник был и после завершения учебы, перед летними каникулами. Обязательно приходили родители. Директор < Константин Иванович Поляков> рассказывал об итогах учебного года, кого–то хвалил, кого–то называл очень способным, но ни о ком не отзывался плохо. Потом на сцену поднимался школьный оркестр, и директор начинал вручение «похвальных грамот». Директор называл фамилию, оркестр играл туш и повторял его до тех пор, пока ученик не поднимется на сцену. Отличников было много, все ребята аплодировали, подпевали оркестру. «Грамоты» были самодельные — на маленьком листе плотной бумаги от руки было написано и раскрашено персональное «похвальное слово» и нарисованы красивые цветы. «Грамоты» за 2 и 3 классы у меня пропали вместе со всем содержимым нашей квартиры во время блокады. Весной 1936 или 1937 года отличники 1–й ступени участвовали в каком–то интересном мероприятии. Что это было, я не знаю, но точно не праздник 1 Мая. После уроков нас, человек 20 ребят, вывели из школы. Подъехало много открытых легковых автомобилей, нас усадили в них по несколько человек и отвезли на Большой проспект к зданию Василеостровского райкома партии. Там каждому из нас дали по большому красивому букету цветов, в машины к нам сели взрослые, и нас дальше куда–то повезли, где–то мы размахивали букетами, кричали «ура!». Это был для нас праздник — теплая погода, машины едут не быстро, легкий ветерок, все вокруг улыбаются, у нас в руках цветы… И, кроме того, до этого дня никто из нас никогда на машинах не ездил. Потом нас привезли обратно к райкому, отобрали букеты и доставили к школе. Весна 1937 г. была последней в жизни 17 школы: на базе этой школы была создана специальная артиллерийская школа, а учеников всех классов распихали по разным школам, ни один класс не сохранился целиком. После этого я училась еще в 4–х школах (то есть всего их было у меня 5). При этом я «перепрыгнула» через 3 класса (1–й, 8–й, 9–й). Я почти никого не помню из учеников и преподавателей последних четырех школ. Зато из 25 учеников 2а класса 17 школы я помню по именам 18 человек, а с одной из девочек я до сих пор поддерживаю самые дружеские отношения. Судьба их мне неизвестна, но фамилии я назову: Аронсон (мальчик); Лия Афремова, маленькая, тихая, любила угощать нас семечками; Ира Беляева; Таня Вагнер, дочь профессора, в 1938 г. его расстреляли, мать Тани сослали; Таня Гаврилович; Тамара Герштейн, дочь «начальника» из ГПУ, иногда к концу уроков за ней приезжала черная «эмка»; Ира Глазова; Слава Казакевич; Ося Маноим; Гора Нехорошев; Муся Никифорова; Володя Носов; Женя Орехов; Ира Павинская; Таня Падурова; Тамара Плетнёва. О двух мальчиках скажу особо. Один из них — Андрей Орлов, сын работницы, был очень задиристый, давал всем обидные прозвища. Был маленького роста и, чтобы показать свой «героизм», пил перед всем классом чернила и заедал их мелом. Другой, Беркович, делал наш класс уникальным. Беркович был маленьким, худеньким, похожим на шимпанзе и, по–видимому, с больной психикой. Иногда посреди урока на него «накатывало»: он прыгал, кричал, дрался и потом каким–то чудом взлетал на высокий старинный шкаф, в котором хранились учебные пособия, и продолжал кричать оттуда. Тогда Евгения Владимировна посылала кого–нибудь в 9а класс, в котором учился самый сильный и самый высокий в школе мальчик, давно выросший из своих курток и брюк, и поэтому, как нам казалось, имевший очень длинные руки и ноги. Он привычно входил в класс, вставал на стул и начинал ловить Берковича, который визжал и отбивался руками и ногами. Поймав Берковича, силач брал его себе подмышку и выносил за дверь. Наступала тишина… 

Я думаю, что в школе не было явного антисемитизма. В нашем классе училось человек 5 евреев, но никто из нас никогда не задумывался над этим. До одного случая. Однажды, когда мы после уроков чинно спускались по лестнице в гардероб, Андрей Орлов обозвал Лию Афремову «жидовкой». Мы с Лией, как самые маленькие по росту, шли в последней паре. Лия заплакала, Евгения Владимировна стала ее успокаивать. Я ничего не поняла и спросила Евгению Владимировну: «Почему она плачет? Орлов ведь обзывает меня «Мухой», я же не плачу!» После этого в классе начал обсуждаться «национальный вопрос». Мы, ученики 2 и 3 класса, были уже «политизированы». Помню, в декабре 1935 г. в Ленинграде торжественно отмечали траурную годовщину гибели С.М.Кирова. Всюду были черно–красные флаги, портреты. Подошел новый 1936 год, и я узнала, что ставить в домах елки, украшать их, устраивать праздник, дарить подарки — у нас в стране запрещено. Конечно, у меня дома, как всегда, была елка, но родители просили меня никому в классе об этом не говорить. Потом я узнала, что примерно у половины класса елки дома были, но ребята тоже, по просьбе родителей, делали из этого большой секрет. Так в нашу жизнь вошла первая фальшь. У большинства девочек нашего класса прически были такие же, как у девочки, которую держал на руках Сталин на картине, помещенной в нашей школе на площадке между третьим и четвертым этажами главной лестницы. Короткая стрижка и прямая длинная челка. Девочка нам нравилась, и мы думали — как ей повезло: сам Сталин ее держит. В школе было много портретов вождей, висел и портрет Н.К.Крупской. Нам объясняли: Крупская — друг Ленина. Только после войны я узнала, что Надежда Константиновна была женой Ленина…»     

После завершения среднего образования Татьяна Владимировна поступила в Горный институт, который окончила в 1953 году, приобрела специальность геофизика. Т.В. Герхен провела много времени в экспедициях в различных районах нашей страны, четыре года проработала в Ленгидроэнергопроекте, участвовала в изысканиях под строительство плотин на р. Енисее (Красноярская ГЭС и Саяно-Шушенская ГЭС), выполняла изыскания в Казахстане, потом в Албании. В последующие годы Т.В. Герхен перешла в Западный геофизический трест и работала в полевых и тематических партиях. Через несколько лет ее перевели в производственный отдел, где Татьяна Владимировна проработала до пенсии куратором всех аэрогеофизических работ треста – полевых, тематических, картосоставительских. Писала заключения на все проекты и отчеты по аэрогеофизике, была соавтором в написании инструкции по аэромагнитной съемке, выступала с докладами на геофизических конференциях, в полевой сезон делала контрольные вылеты с операторами и была косвенным свидетелем открытия Беломорских алмазов. За время работы облетела на самолете практически всю территорию бывшего Советского союза и провела много времени в экспедициях в различных районах страны. 

Со временем Татьяна Владимировна взялась за перо и стала заниматься историй Петербурга, историей страны, историей семьи, историей искусства. Стала внештатным научным сотрудником музея истории С.Петербурга, членом русского генеалогического общества, ее статьи неоднократно печатались в журнале «Нева», в различных сборниках, в «Невском архиве», в «Известиях РГО», в «Генеалогическом вестнике». Она также преуспела в изучении своей фамилии и родственных связей, стала автором ряда публикаций по генеалогии. 

27 ноября 2016 года перестало биться сердце Татьяны Владимировны Герхен ... Ниже приведены наши прощальные слова нашему дорогому и незабвенному другу... 
 
         Некролог:

         Сегодня с чувством глубокой скорби мы провожаем нашего бесценного друга, нашу любимую Татьяну Владимировну Герхен. Провожаем светлого, умного, искреннего и красивого ЧЕЛОВЕКА. И когда мы говорим о красоте, речь идёт не только об обаятельном и привлекательном внешнем облике, но и, прежде всего, об удивительном, замечательном внутреннем духовном мире  Татьяны Владимировны.   Ушёл из жизни достойный представитель исчезающей  когорты старой петербургской интеллигенции. 
 
После окончания школы Татьяна Владимировна поступила в Горный институт и  приобрела специальность геофизика. Однако, как говорила Татьяна Владимировна, «я всегда ощущала себя гуманитарием и своё истинное призвание нашла именно в гуманитарной деятельности». Со временем Татьяна Владимировна стала уникальным специалистом в области генеалогии и истории  – её статьи неоднократно печатались в журналах,  генеалогических сборниках и материалах конференций. По крупицам восстановила историю своей удивительной семьи, среди членов которой, помимо славной фамилии Герхен, числились представители известной в мире искусства фамилии Бруни, ученые Николай Григорьевич Егоров, Юрий Викторович и Александр Викторович Вульфы, предприниматели и меценаты Макаровы, а также семьи с военными традициями Моллеры, Фогели и другие. 
Удивительно широк был круг интересов Татьяны Владимировны – от исследования загадки картины Рембрандта «Ночной дозор» до истории царствующих домов Европы, от переводов с немецкого языка исторических хроник до трогательных рассказов-зарисовок из времен своей юности. Обладала прекрасным чувством юмора. 
С большой избирательностью Татьяна Владимировна допускала в свой узкий ближний круг общения. Категорически не прощала лицемерие, подлость и предательство. Острый, критический ум и врождённое чувство справедливости не оставляли места для компромиссов в вопросах этики, морали и профессионализма. 
В споре была опасным соперником, но умела слушать оппонента. Если дело касалось фундаментальных принципов, могла быть очень жёсткой. Особенно, если речь шла о чести семьи и близких людей. Знаю, что иногда Алле даже приходилось взывать к милосердию.  
Главными ценностями считала  свою семью и друзей, книги, воспоминания и впечатления. Поражала нас своей энергией – много путешествовала, за один года могла посетить Венецию, Германию, Швецию, США. Стремительная, летящая походка… Хрупкая, изящная женская фигура… Более молодые спутники далеко не всегда успевали  за ней. 

До последних дней Татьяна Владимировна сохраняла удивительную работоспособность, ясность мыслей, оптимизм, интерес к творчеству. 

Трудно осознать глубину нашей потери…  Светлая память!  

При подготовке информационной странички были использованы материалы книг :  

Благово Н. В. Школа на Васильевском острове. Ч. I., СПб, 2005.  
Благово Н. В. Школа на Васильевском острове. Ч. II., СПб, 2009.  

Информационную страницу сайта подготовили Т.Л. Модзалевская и М.Т. Валиев.  


Дополнительные материалы:


Фотолетопись:


04.03 День рождения бывшего ученика нашей школы, вице-адмирала Николая Романовича Греве

11.03 День рождения выпускника нашей школы, архитектора Виктора Федоровича Габерцетеля

12.03 День рождения выпускника нашей школы, известного учёного-этимолога, иностранного члена АН СССР, Макса Фасмера

18.03

День рождения бывшего учителя физкультуры, Засл. учителя РСФСР Г.И.Девицкого 



25.03 День рождения выпускника нашей школы, дейст. чл. АН СССР А.А.Заварзина

30.03 День рождения бывшего ученика нашей школы, капитана Бориса Георгиевича Шарона


























2009-2011 © Разработка сайта: Яцеленко Алексей