Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:





17.8.2019
16 августа 2019 г. в музее истории школы К.Мая состоялась уникальная встреча трёх потомков известной семьи Серк, пять представителей которой учились в гимназии К.Мая. Впервые встретились правнучки учеников школы Оскара и Акселя Серк - Наталья Георгиевна Грабовецкая из Новосибирска, Елена Эдуардовна Бочкаркева из Москвы и Наталья Петровна Краубнер из Санкт-Петербурга. В очередной раз нам удалось соединить ветви одного рода. Состоялся обмен родственной информацией. В музей переданы ценные раритеты. Мы уверены в счастливом и продуктивном сотрудничестве.





Олег Борисович Померанцев (Pomerantzeff)

23.08.1908 (1910) – 07.10.1993

физик-оптик, офтальмолог

учился в школе К.Мая в 1918 г. 























Фотография с сайта
http://www.schepens.harvard.edu/distinguished-alumnus/alumni/distinguished-alumnus.html


Олег Борисович родился 23 августа 1908 г. [1] (по другим источникам – 1910 г. [2,3]) в семье горного инженера, коллежского асессора Бориса Николаевича Померанцева.
В 1917 году семья лишилась отца В старший приготовительный класс школы К.Мая Олег поступил в январе 1918 г. и учился только до конца учебного года. Оставил школу в связи с выездом семьи из России - с большими трудностями Померанцевым удалось бежать на утлом суденышке из Батуми в Константинополь. В 1921 году семья через Чехословакию попал в Бельгию, где Олег получил среднее и высшее образование – с отличием окончил Колледж Нотр-Дам-де-ла-Пэ в г.Намюр, Бельгия. В этой школе, он приобрёл верного друга доктора Чарльза Л. Скепенса (SCHEPENS), с которым поддерживал отношения всю жизнь. После окончания колледжа Олег Борисович получил грант на изучение гражданского строительства в университете Левена, который окончил с дипломом инженера. Как инженер горнодобывающей промышленности, работал в Югославии. Женился на Ирине Померанцевой. В этом браке родились три дочери - Марина (в замужестве Кривцова), Ирина и Энни (в замужестве Бошак) и сын, Андре Померанцев (Санкт-Петербург, штат Флорида). Находясь в Югославии во время Второй мировой войны, Олег Борисович принимал участие в движении Сопротивления. После ареста гестапо, в 1943 г., бежал в южную часть Франции, где продолжал работать в подполье. Позднее вместе с братом, Кириллом Померанцевым, создавал деревообрабатывающие и лесопильные предприятия, в том числе, близ Биаррица (деп. Атлантические Пиренеи) [4,5].
После войны покинул Францию и переехал в Бразилию, где в 1950-е годы построил завод пластмассовых изделий. В конце 1950-х годов жена Олега Борисовича погибла в автомобильной катастрофе. В 1960 году, по приглашению доктора Скепенса, он стал сотрудником Retina Foundation, в настоящее время Schepens Eye Research Institute (научно-исследовательский институт глаза), филиал Гарвардской медицинской школы (Harvard Medical School) в Бруклине, штат Массачусетс.
Это событие по времени совпало с изобретением лазера. Доктор Померанцев сразу проявил живой интерес к этому прибору. Он был первым, кто использовал компьютер для получения точного описания сложной оптики глаза. Во время его 30-летней работы в институте SCHEPENS, он изобрел камеру глазного дна Equator-Plus, которая позволила сделать полную экспозицию сетчатки в одном кадре. Доктор Померанцев участвовал в разработке бинокулярного офтальмоскопа, дающий возможность получить внутреннее изображение глаза в трех измерениях, что облегчило операции на сетчатке.
Участвовал в создании сканирующего лазерного офтальмоскопа (SLO), который обеспечивал видеоизображение высокого разрешения внутренней части глаза и использовался как для диагностики, так и для терапии. В конце своей профессиональной карьеры работал над созданием длинноволнового лазера, использующегося для прекращения кровотечения кровеносных сосудов сетчатки. В памяти многих коллег и сослуживцев Олег Померанцев остался как превосходный учитель, терпеливый наставник и бесценный сотрудник.
Вторым браком Олег Борисович был женат на Евгении Константиновне (урожд. Розеншильд-Паулин, род. 16.08.1921 г., Галлиполи, Турция). Олег Борисович воспитывал сыновей жены от первого её брака – Питера и Андрея Симеонидеса. В общей сложности имел пять внуков и одну правнучку. Вместе с Евгенией Константиновной активно участвовал в церковной жизни, организовал у себя на дому ряд семинаров с участием о. Александра Шмемана [4,5].

Очень тепло отзывается об О.Б. Померанцеве в своих воспоминаниях Наум Моисеевич Коржавин [6]:
«… Мне он очень нравился, Константин Иосифович <Константин Иосифович Коновалов – инженер, русский эмигрант, товарищ Н.Коржавина по заключению – прим. М.Т. Валиева>, и я всегда вспоминаю о нем с удовольствием. Учился он в Льеже, в колледже, на средства и под руководством отцов-иезуитов, которые требовали дисциплины, но вовсе не пытались перетянуть его в католичество. Кстати, там же с ним учился и мой бостонский друг, выдающийся физик-оптик Олег Борисович Померанцев, один из самых благородных людей в моей жизни, богатой хорошими людьми. Он помнил «Костю» и даже показывал мне фотографию студенческой компании, на которой они были оба запечатлены».

После 1961 г. Олег Борисович дважды в год посещал Францию, жил в Тулузе, Париже и др. Выступал с лекциями и научными докладами. Умер от сердечной недостаточности 7 октября 1993 г. в Тулузе (департамент Верхняя Гаронна, Франция). Похоронен в Бостоне.

Уже после публикации биографической странички на сайте наш друг из Германии, Ирина Лейнонен, прислала ссылку на удивительный материал – воспоминания Евгении Константиновны Померанцевой, жены Олега Борисовича [7]. Уверены, что эти строки станут прекрасным дополнением к сухому биографическому очерку:
« … Когда я училась в Сорбонне, иногда приезжала в гости в небольшой замок недалеко от Парижа, где жил Кирилл Борисович Померанцев, брат моего будущего мужа Олега. У него мы и познакомились. Оба брата закончили Интернат святого Георгия в Намюре, в Бельгии. В день нашего знакомства Олег был душой компании — еще и потому, что только что был вызволен за большие деньги из нацистского застенка в Сербии. Братья рано потеряли отца. В 1918 году мать с детьми оказалась в Батуми. Потом нашла себе работу в Константинополе, но детей отослала в Чехию, в русскую гимназию. Затем они переехали к своему дяде в Бельгию. Олег иногда впутывался в отчаянные мероприятия. Вступил, например, в Народно-трудовой союз, и был готов к отправке в СССР для диверсионно-подрывной работы. Отъезду его не было суждено состояться только потому, что предыдущая группа была рассекречена и «своевременно обезврежена».
Когда мы познакомились, у каждого была своя семья, дети. После войны Олег уехал за братом в Бразилию. Дела там шли в гору, процветала фабрика по изготовлению сумок. Олег ухитрялся не просто вести хорошо бизнес, но и все время изобретать какие-нибудь усовершенствования технологического процесса. Изобретал и патентовал машины, автоматы. Жизнь его вполне сложилась. У меня все шло не так гладко. Муж меня оставил, помогал детям немного деньгами, но был не с нами. И вдруг, как это всегда бывает, совершенно неожиданно жена Олега гибнет в автокатастрофе. Семья поехала на побережье и оказалась зажатой между двумя грузовиками, обгоняющими друг друга на опасном участке дороги. Дети и Олег отделались легкими ушибами, а жена скончалась на следующий день. Тогда по приглашению своего старого друга по иезуит­ской школе Скепенса Олег с детьми переезжает в Америку. Скепенс руководил известным исследовательским Институтом глаза и предложил Олегу поехать в Париж в школу оптики для изу­чения нового опыта применения лазера в хирургии. В Париже ему не сиделось: очень хотелось скорее приняться за практические разработки этих систем в Америке. Он постарался закончить полтора года обучения в Париже за три месяца и сдать все экзамены досрочно. В это его кратковременное пребывание во Франции мы и стали встречаться. Когда-то давно я загадала, каким должен быть мой муж — на сколько лет старше, как должен себя вести и выглядеть. Олег был идеальной копией моих фантазий на эту тему. Вскоре он сделал мне предложение: «Я беру всех ваших детей и ничего не прошу». Мы много гуляли по городу. На одной из набережных у торговца картинами был очень симпатичный ослик. Подошли, погладили его. Я сказала Олегу: «Это невероятно, как этот ослик похож на вас». — «Да? — удивился Олег. — А я только сейчас подумал, что он невероятно похож на вас». Потом мы купили себе ослика, светло-серого с белой крестовиной. Он живет у нас во Франции, там ему просторнее, там больше земли. Он удивительный красавчик и предводитель по натуре.
Все наши дети — мои от первого брака, равно как и дети Олега — воспитывались в духе русского языка. Конечно, для них родным языком скорее был французский, но русский тоже не был падчерицей. С мужем мы были очень дружны и находились под огромным влиянием протопресвитера Александра Дмитриевича Шмемана. Шмеман был доктором богословия, очень много преподавал, читал лекции по истории восточного христианства в Колумбийском и Нью-Йоркском университетах, вел программу на радио «Свобода», иными словами, было с ним необычайно интересно. Вместе с мужем мы организовывали у себя на дому семинары с участием отца Александра, много говорили о православии в ХХ веке, о понятии чуда. Александр Солженицын как-то сказал, что были времена, когда он не мог себе представить ни одной воскресной ночи без прослушивания по радио проповеди отца Александра. Человек удивительный, ни ноты фальши, ни унции фарисейства. Как только пост — он перечитывал Чехова. И при этом был огромным поклонником западной культуры, прекрасным знатоком ее. Писал он по ночам. Совершенно непонятно, когда только спал. В определенном смысле тексты, обращенные к его радиослушателям в СССР, можно назвать беседами с самим собой — ведь они были рассчитаны на граждан Советской России, на людей, которые о религии не знали фактически ничего. В Бостон мы с Олегом уехали вместе. Я приехала с младшим сыном Андрюшей и начала преподавать французский язык. У нас было несколько компаний друзей. Одна была русскоязычная, другая франкоязычная. Мы старались не смешивать, чтобы никого не напрягать вынужденным общением на неудобном языке. Каждый вечер кто-нибудь бывал. Олег пел, он знал множество романсов. Вообще, сложно было поверить, что этот человек почти никогда не жил в России. Неожиданно он мог сорваться из-за стола и предложить всем немедленно ехать на океан. Однажды мы возвращались домой вечером. Страшно валил снег. Когда мы подъехали к нашему дому, оказалось, что въезд во двор завален сугробом. Олег тут же предложил ехать на ужин в соседний штат Коннектикут. И не важно, что ехать придется по опасным, еще не расчищенным дорогам не менее трех с половиной часов. Его спросили потом: «Неужели вам не было страшно? Неужели вы не понимали, что это было опасно?» Он ответил: «Вы знаете, у меня совсем нет воображения, и я даже и не мог себе представить, чего бояться».
Он непременно перечитывал ворох американских газет, слушал радио, ему было важно быть в курсе происходящего. К нам часто приходили совсем незнакомые люди, только что приехавшие из России. Месяцами кто-то жил: то наши французские родственники и друзья, то русскоговорящие знакомцы и незнакомцы. До сих пор у меня дома живут очень приятные люди, не являющиеся членами нашей семьи. На столе на кухне у меня всегда три заварных чайника — ведь кто-то любит зеленый или черный, а кто-то только ароматизированный цветочный чай. Надо, чтобы все здесь были как дома. В моем нынешнем доме в Бостоне много вещей, привезенных из Франции. Часы начала XIX века фирмы Буре, которые застали моих родителей молодыми. Мы разобрали их на несколько частей, и каждый из семьи был ответственен за переезд какой-то части. Печку с изразцами сложил мой муж. Руки у него были очень хорошие, и они дружили с его головой.
В 1993 году Олега не стало».
Попытки установить контакт с потомками О.Б. Померанцевым не увенчались успехом. В 2015 г. на наш сайт пришло письмо от друга семьи Померанцевых, Людмилы Игоревны (Бостон, США). В письмах Людмилы Игоревны содержались дополнительные сведения о семье О.Б. Померанцева. Благодарим Виктора Павловича Каганера, Людмилу Игоревну и Ирину Леонидовну Лейнонен за помощь в подготовке материала.

Источники:
1.ЦГИА СПб ф.144 оп.2 д.137 л.189
2.Русские в Северной Америке. Е.А. Александров. Хэмден (США)-Сан-Франциско (США)-Санкт-Петербург (Россия), 2005
3.Померанцев Олег Борисович // Незабытые могилы / Сост. В.Н. Чуваков. Т. V. С. 572.
4.http://www.schepens.harvard.edu/distinguished-alumnus/alumni/distinguished-alumnus.html
5.http://www.dommuseum.ru/index.php?m=dist
6.Коржавин Н. М. В соблазнах кровавой эпохи: Воспоминания: в 2 кн. - М. : Захаров, 2005
7.http://bg.ru/specials/emigration/profile/?id=4

Информационную страницу сайта подготовил М.Т. Валиев ©.
2.10.2015





Дополнительные материалы:


Фотолетопись:


01.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, бригадного интенданта РККА, Александра Леонидовича Апухтина

20.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, художника Ф.Ф.Беренштама

20.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, контр-адмирала Иосифа Васильевича Коссовича

22.09 День рождения школы Карла Мая

09.10 День рождения выпускника нашей школы, чл. кор. АН Каз ССР Н.Л.Бубличенко

09.10 День рождения выпускника нашей школы, дейст. чл. АХ, Н.К.Рериха


























2009-2011 © Разработка сайта: Яцеленко Алексей