Главная     История     Персоны     Фотолетопись     Публикации     Новости     Музей     Гостевая книга     Контакты

Персоны

Ученики. Годы учёбы
1856-1918     1918-1937     1937-1944     1944-2009    
Педагоги. Годы работы
1856-1918     1918-1937    
1937-1944     1944-2006    



Периоды:










Леонид Николаевич Морган
 
31.08.1878 – 11.01.1956

военно-морской врач
флагманский врач Дивизиона Эскадренных миноносцев типа "Новик" (1917)
главный врач Черноморского флота (1920)

кавалер Ордена Ленина (1951)

учился в гимназии К.Мая
в 1888 – 1899 гг.




.





















Леонид Николаевич Морган, уроженец Санкт-Петербургской губернии, православного вероисповедания, родился 31 августа 1878 года (по старому стилю). Отец Леонида, архитектор-художник, губернский секретарь Николай Васильевич Морган (1841 – ?), православного вероисповедания. Мать – Евгения Федоровна (ур. Лилле, Eugenie Johanna Lille), лютеранского вероисповедания [1,2].
Леонид был крещен 5 сентября 1878 г. в Церкви Лейб-Гвардии Измаиловского полка. Восприемниками были записаны: инженер, профессор, тайный советник Алексей Дмитриевич Сивков; горного инженера, коллежского советника Алексея Николаевича Жуковского жена Александра Васильевна; Санкт-Петербургского 2 гильдии купца Федора Аристофановича Лилле дочь девица Александра Федоровна (очевидно, тетушка новорожденного) [2].
Дед Леонида, Василий Егорович Морган (1800 – 1859), был известным петербургским архитектором, учеником знаменитого Огюста Монферрана (1786 – 1858) [3,4,5].
Кроме Леонида в семье архитектора Моргана рос его старший брат Николай Николаевич Морган (11.11.1876 – 29.10.1938). Первым в приготовительный класс школы Карла Мая в 1885 году поступил старший брат Николай. В 1888 г. к нему присоединился Леонид. Николай покинул стены школы в 1890 году после окончания третьего класса Реального училища [6]. Биография Николая приведена на соответствующей странице сайта [7].
Леонид, в отличие от брата, окончил полный курс гимназического отделения школы в 1899 году. При «отличном поведении и весьма достаточной любознательности» Леонид показал следующие успехи в изучении наук: Закон Божий – 4; русский язык – 3; логика – 4; латинский язык – 4; греческий язык – 4; математика – 3; физика – 4; математическая география – 4; история – 4; география – 4; немецкий язык – 3. Средний балл – 3.8 [1].
В одно время с Леонидом в школе учились будущий известный художник и искусствовед Александр Александрович Бенуа (1882 – 1942); младший брат Николая Константиновича Рериха, будущий биолог Владимир Константинович Рерих (1882 – 1951); будущий знаменитый языковед Макс Ричардович Фасмер (1886 – 1962); будущий географ, член знаменитой семьи Семеновых-Тян-Шанских Михаил Дмитриевич Семенов-Тян-Шанский (1882 – 1942); будущий изобретатель звукометрической аппаратуры Николай-Карл Альбертович Бенуа (1881 – 1938); будущий микробиолог, профессор Оскар Оскарович Гартох (1881 – 1942); будущий писатель-зоотехник Карл Карлович Саковский (1879 – ?); будущий врач, расстрелянный в 1938 году, Александр Иванович Эберт (1883 – 1938); сын убитого террористами уфимского губернатора, впоследствии также репрессированный Модест Николаевич Богданович (1883 – ?); один из самых загадочных русских философов первой половины ХХ века Борис Валентинович Яковенко (1884 – 1949), работы которого не утеряли своё значение и по сей день; будущий юрист, выходец из купеческой семьи «василеостровских немцев» Бруно Францевич Рейхардт (1881 – 1942), сыновья знаменитого композитора Николая Андреевича Римского-Корсакова Владимир Николаевич (1882 – 1970), Андрей Николаевич (1878 – 1940) и Михаил Николаевич (1873 – 1951).
Нельзя не упомянуть еще одного незаурядного школьного товарища Леонида, видного деятеля революционного движения, «красного барона» Эдуарда Эдуардовича фон Эссена (1879 – 1931), в советское время возглавившего Академию художеств.
Биографические странички большинства упомянутых персонажей приведены на нашем сайте.
Нелишне напомнить, что именно в стенах гимназии К.Мая в начале-середине 1890-х годов сформировалось ядро знаменитого движения «мирискусников», составившего впоследствии гордость серебряного века России. Предтечей художественного объединения «Мир искусства» послужил кружок самообразования учеников гимназии Карла Мая, названный ими Клуб «Невских пиквикианцев». В состав кружка входили Александр Бенуа (1870 – 1960), Вальтер Нувель (1871 – 1949), Дмитрий Философов (1872 – 1940). Позднее к ним присоединились Константин Сомов (1869 – 1939), Николай Рерих (1874 – 1947), Александр Яковлев (1887 – 1938).
Сразу после окончания гимназии Леонид подал документы на Китайско-манжурско-монгольский разряд Восточного факультета Санкт-Петербургского университета. В это время семья Морган проживала по адресу Санкт-Петербург, Васильевский Остров, Средний Проспект, дом 6 [1].
21 апреля 1901 г. студент 2 семестра Леонид Морган подал прошение с просьбой уволить его из числа студентов СПБ университета. В это время Леонид проживал по адресу Васильевский Остров, 18 линия, дом 13, кв. 6 [1].
Своё образование Леонид продолжил на медицинском факультете Харьковского университета, который окончил в 1907 году с званием лекаря, после чего избрал нелегкую специальность военно-морского врача.
Дальнейшая биография Леонида Николаевича Моргана написана его внуком, Виталием Всеволодовичем Бердышевым, с использованием материалов фамильного архива.
Из всех мест своей двадцатидвухлетней службы особое впечат­ление на Моргана Л.Н. произвёл Владивосток. Крейсер II ранга «Жемчуг» постройки 1903 года входил в состав Второй Тихоокеанской эскадры, участвовал в печально знаменитом Цусимском сражении под бездарным руководством адмирала Рожественского. К 1907 году корабль успел «залечить» свои раны и вновь был в строю и в полной боевой готовности.
В те далёкие годы Владивосток представлял собой практически одну большую центральную улицу – Светлановскую, на которой размещались все основные административные, культурные и торговые заведения города. Дальше, в сопках, среди вековых деревьев прятались отдельные домики, в которых жили местные старожилы. Неподалёку от Светлановской (или даже на ней самой) были и городская баня, и офицерский клуб, и здание штаба флота.
Город тогда фактически стоял на самом краю Уссурийской тайги. Поэтому частенько сюда заглядывали и непрошеные гости, в том числе, и не очень желанные волки, тигры. Однажды особо любопытный полосатый разбойник даже пытался заглянуть через окно в баню, в которой как раз отмывалась матросская команда с «Жемчуга». Переполоху тогда было много, особенно когда свирепая тигриная рожа, выбив стекло, пыталась протиснуться сквозь довольно узкую раму внутрь. До тесного братания тогда не дошло. То ли тигру сильно не понравилась далеко не таёжная атмосфера этого заведения, то ли кто-то догадался попотчевать его ушатом воды далеко не комнатной температуры, а может, на помощь «заточённым» подоспела вооружённая команда с крейсера, но только любопытный зверь вскоре удалился. Дело тогда ограничилось двумя разбитыми стёклами да частично выломанной рамой, с трудом устоявшей под натиском таёжного бродяги.
С питанием во Владивостоке проблем не было. Леониду Николаевичу выдавали отличный паёк, которого хватало на двоих в течение месяца. Кро­ме того, всегда можно было приобрести необходимые продукты в нескольких довольно богатых купеческих магазинах. Главную же часть продовольствия нуждающимся доставляли китайцы, которых здесь было великое множество. Они добывали на своих джонках морепродукты: рыбу, крабов, креветок, морскую капусту и всякую, с виду совершенно не пригодную в пищу, морскую нечисть – морских червяков-трепангов, мидий, гребешков, морских ежей и даже огромных бело-розовых медуз, из которых готовили некие «снадо­бья». Выращивали они также и всевозможную огородную зелень, а также арбузы, дыни, виноград и практически все известные евро­пейцам фрукты. При этом ежегодно получали прекрасные урожаи. В лесах же добывали женьшень, актинидию, лимонник, орехи, в том числе маньчжурский, очень похожий на грецкий, только с более плотной кожурой.
Бывая в ближайших пригородных районах, Леонид Николаевич поражался обилию цветущих и плодоносящих яблонь, груш, вишен, слив, винограда, и иных, незнакомых ему плодовых и ягодных культур. Говорил он и об особых качествах китайцев: их удивительном трудолюбии, работоспособности и честности. Они по утрам привозили необходимые заказанные продукты и оставляли их у порога дома в нужном ассортименте и количестве, полностью полагаясь на честность сво­их заказчиков. Относились к русским, и особенно к офицерскому составу, с уважением, беспрерывно отвешивали им поклоны; многие неплохо говорили по-русски.
Бухту «Золотой Рог» китайцы называли бухтой «Голубого трепанга» – видимо, в связи с обитанием здесь в прежние времена этого очень редкого и чрезвычайно ценного в биологическом отношении представителя кишечнополостных, с очень сильным стимулирующим действием (по словам китайцев, более сильным, чем у легендарно­го женьшеня). В начале века этих рогатых и довольно неприятных на вид червяков в бухте уже не было. Видимо, сказалось загрязнение вод кораблями флота. Зато рыбы здесь было более чем достаточно, и китайские джонки каждое утро бороздили воды всех ближайших бухт, загружаясь самой разнообразной снедью.
Леонид Николаевич с женой и с другими офицерами корабля порой со­вершали прогулки на шлюпках по бухтам залива Петра Великого. Тог­да с моря открывался потрясающей красоты вид на город и на прилегающие к нему окрестные сопки. Уже в те годы на их вершинах проходило строительство долговременных огневых сооружений.
Во время таких шлюпочных прогулок бывали и казусные случаи. Так, однажды Леонид Николаевич «в ребяческом порыве» проткнул кортиком огром­ную красную медузу (думаю, с целью оценки её консистенции и живучести) и забыл об этом. А потом, во время пикника использовал кортик вместо ножа, нарезая с помощью его хлеб и иные продук­ты. И сразу не мог понять, почему у него и у других членов «шлюпочной команды» ни с того, ни с сего вдруг начало щипать и саднить во рту, а потом стали разбухать язык, щёки, дёсны. Язык у деда увеличился до такой степени, что еле помещался в ротовой полости. В другой раз их застал во время прогулки начинавшийся тайфун, и команде стоило огромных усилий добраться до берега.
Моргану Л.Н. как врачу периодически приходилось совершать поездки и в отдалённые гарнизоны. Никакого транспорта и дорог в то время не существовало. Добирались на собачьих упряжках, которыми правили аборигены. Лечить приходилось са­мые разные заболевания, и это для молодого врача было непросто. Не менее тяжело было и бороться с холодом в зимнее время. Чтобы не замерзнуть, Леонид Николаевич использовал способ, подсказанный местными жителями: выпивал перед поездкой стакан ледяной воды, и это, дей­ствительно, помогало. По крайней мере, он ни разу не получил обморожения и не заболел ангиной или иным простудным заболеванием. По счастливой случайности, ни в одной из поездок им не повстречался ни хозяин тайги, ни бродячая волчья стая, о которых с трепетом и уважением рассказывали жители.
Во всех посещаемых районах было много китайцев, осваивавших эту территорию вместе с аборигенами. И все на­звания рек, сопок, бухт, бухточек и посёлков имели китайское происхождение. Они промышляли в тайге зверем, рыбой, лекарствен­ными растениями, занимались сельским хозяйством на своих неболь­ших земельных участках; имели постоянную связь с центральными китайскими регионами.
Работу свою Морган Л.Н. выполнял с полной ответственностью. Для всех офицеров это был долг чести, и не выполняющий его был достоин пре­зрения окружающих. Пользовался уважением офицеров и матросского состава.
Свободное время офицеры проводили большей частью в кают-компании за беседами, карточными играми; бывали и музыкальные вечера. В то время все корабли флота, начиная с эсминцев, были укомплектованы музыкальными инструментами, прежде всего пиа­нино. В образованной офицерской среде всегда были лица, владев­шие этим инструментом. И в кают-компаниях звучали произведения Чайковского, Шопена, Моцарта, Бетховена и даже Листа. Звучало не только фортепиано, но и дуэты, трио, квартеты, не говоря уже о вокальном исполнении классики и романсов. Сам Леонид Николаевич неплохо играл на рояле, с листа читал сложные произведения, хотя в дет­стве учился музыке около года. И он тоже порой принимал учас­тие в коллективном музицировании.
Вспоминал Леонид Николаевич и об отдельных походах, и о жестоких тайфунах, свирепствующих в дальневосточных морях. Ему тоже довелось испытать на себе их безудержную силу. Однажды корабли эскадры приняли настоящий бой в открытом море с девятибалльным штормом. Люди выдержали испытание, но вот кораблям пришлось труднее. Корабли I и II ранга ещё справлялись с многоэтажной волной. Эсминцам же было нелегко, особенно в отдельные фазы шторма, когда волна ста­новилась более длинной и глубокой. При такой волне корабль то вздымался носом на много метров вверх, то проваливался, чуть ли не в преисподнюю. Порой же создавалась ситуация, когда корпус его будто провисал в воздухе, приподнимаясь на двух волнах носом и кормой одновременно. Конструкция кораблей, видимо, не была рассчитана на такие сверхмощные нагрузки, и корпус эсминцев тре­щал и стонал от напряжения. Был даже один случай, когда один из кораблей на глазах других экипажей переломился надвое и через короткое время затонул. Спасти при этом удалось лишь небольшую часть экипажа...
Владивостокский период службы у Моргана Л.Н. был непродолжителен. Уже в августе 1908 года он был переведён в Николаевск-на-Амуре, затем – на Балтику. Октябрьская революция застала его в Финляндии, где в то время базировался флот (в Гельсингфорсе – Хельсинки). А потом он участвовал в знаменитом ледовом походе эскадры в Кронштадт в тяжелейшей боевой обстановке. С 1920 года служба проходила на Черноморском флоте, в должностях главного врача и начальника санитарной службы Черноморского флота. За­кончил он свою военную карьеру в должности начальника врачебно-санитарного отдела Военно-санитарного Управления Морских Сил Черноморского Флота.
Все эти этапы службы отражены в его послужном списке. А о работе на руководящих должностях Черноморского флота упоминается даже в монографии [9].
В Севастопольский период службы Л.Н. Морган занимался не только организаторской, но и научно-исследовательской деятельностью, в основном, в области военно-морской гигиены. Наиболее важной его работой в этом плане была разработка методов ускоренного исследования пищевых продуктов, воздуха и воды (экспресс-методы), применительно к корабельным условиям. Результаты этих исследований были обобщены в монографии, изданной на флоте, а практическое применение нашли в виде ряда «укладок», сохранившихся в санэпидслужбе в модернизированном виде и в последующие десятилетия.
За время службы в Императорском Российском Военно-морском флоте Леонид Николаевич был награждён Орденом Св.Анны III степени с мечом и бантом, Орденом Св.Станислава III степени с мечом и бантом, медалью «В память 200-летия морского сражения при Гангуте» и др. Награды Л.Н. Морган заслужил, участвуя в боевых действиях Балтийского флота в период Первой Мировой войны (в боях около Финских шхер, при Кассарском плёссе – Рижский залив, Моонзунд и др.). Леонид Николаевич был единственным врачом, кто участвовал в знаменитом «Ледовом походе» (по спасению кораблей Балтийского флота) из Гельсингфорса в Кронштадт. Удивительно, что после революции за эти боевые награды офицерский состав царского флота, перешедший на сторону новой власти, стал подвергаться репрессиям – не только со стороны анархистов, но, в первую очередь, со стороны революционного правительства. В период службы Л.Н. Моргана на Черноморском флоте (1922 – 1928 гг.) на его квартире неоднократно проводились обыски, а на него писали необоснованные доносы. Особенно, когда он занимал высокие должности на флоте и не скрывал истинного положения дел с инфекционной заболеваемостью среди матросского состава кораблей и судов. Леонид Николаевич хранил ордена как реликвии боевых действий флота. Однако, после первого обыска, когда награды чудом не были найдены (поскольку лежали совершенно открыто на рабочем столе, в открытой коробке), пришлось срочно расстаться с ними. Хорошо, что последующими наградами, полученными уже при Советской власти, Леонид Николаевич мог открыто гордиться – значок «Отличник здравоохранения» (1944 г.), медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» (1946 г.), Орден Ленина (1951 г.), Орден «Знак Почета» (1953 г.). Но он никогда не хвастался наградами. Носил на пиджаке одну только планку ордена Ленина, особенно дорогого ему, который он получил в Кремле в 1951 году.
После демобилизации в 1928 году Леонид Николаевич проживал в Вичуге, Иванове и Шуе, работая в системе санэпидслужбы. Он многое сделал для развития здравоохранения в Ивановской области. В Шуе был бессменным депутатом горсовета и неоднократно признавался лучшим врачом города и области (как санитарный инспектор и врач по коммунальной гигиене). Похоронен в г. Шуя на Загородном кладбище.

Жена Леонида Николаевича – Мария Алексеевна Морган (урожденная Жуковская, 21.06.1885 – 11.05.1972). В 1900 году окончила женскую гимназию Принцессы Евгении Максимилиановны Ольденбургской в Санкт-Петербурге, а затем в 1904 году – историко-филологическое отделение Высших женских курсов. В 1908 году Мария вышла замуж за Леонида Николаевича Моргана – друга семьи с детства. Маленький Лёня вместе со старшим братом Колей часто приходили в гости к девочкам. Вместе играли, встречали разные праздники, совершали загородные прогулки. Матери обеих семей тоже были близко знакомы и поощряли дружбу своих детей. 18 июля 1908 году и состоялось их венчание в Покровской церкви.
Семья часто меняла место жительства в связи с назначениями Леонида Николаевича (Владивосток, Либава, Санкт-Петербург, Севастополь и др.). Мария Алексеевна работала преподавателем русского языка и литературы вначале в частных гимназиях, затем в школах. После ухода мужа в отставку в 1928 году жила с семьей и работала в городах Вичуга, Иваново и Шуя. Завершила педагогическую деятельность она в школе № 10 г. Шуя, в которой преподавала 12 лет. Награждена медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» (1946 г.) и «За трудовой отличие» (1949 г.). Мария Алексеевна – всесторонне образованный, кристально честный и порядочный человек, человек высокой культуры, духовности и нравственности. Отлично знала отечественную и иностранную литературу (в том числе и современную), русскую и зарубежную историю, географию, астрономию, свободно читала на французском, знала немецкий. Прекрасный педагог и психолог. Умела убеждать и заставлять работать даже самых отъявленных лентяев. Находилась в контакте с родителями всех своих учеников. Постоянно стремилась делать добро окружающим (соседям, школьникам). Творчески подходила к педагогическому процессу, придумывая для учеников что-то новое, необычное, интересное – стимулирующее их деятельность. Часто занималась с учениками индивидуально, в том числе и у себя на дому, – абсолютно бескорыстно (педагоги того поколения все так поступали). Постоянно работала над собой, совершенствуя свои знания и методику преподавания. В 1955 году освоила новую для себя дисциплину – «Конституцию СССР», которую с успехом преподавала в течение нескольких последующих лет. Учеников любила и уважала. С добротой и сочувствием относилась даже к лентяям. Вместе с тем была очень требовательным педагогом и грозой для всех нарушителей школьной дисциплины. Ее уважали (и побаивались) все школьники. Когда в коридоре звучал возглас «Морган идет!», моментально прекращались все запретные игры, а из туалетов срочно выбегали «нелегальные» курильщики. Мария Алексеевна очень гордилась тем, что у нее, в отличие от других педагогов, не было дополнительного к фамилии прозвища, порой весьма метко отражавшего внешние или внутренние качества любимых учителей. Сорванцам достаточно было одной ее фамилии. Мария Алексеевна обладала высокой культурой речи и логикой убеждений. Была прекрасным собеседником. Могла вести разговор на самые разнообразные темы: от политики до высокой науки. Была беспощадна к себе (и другим) в борьбе за доброту и справедливость. Много испытала в жизни. Рано потеряла первого сына. Страдала от частых пневмоний (в отсутствие в то время эффективных лекарств). В старости потеряла зрение, лишившись любимого занятия – чтения. Постоянно боролась, преодолевая свои физические и духовные страдания. Любила природу, животных. Те отвечали ей взаимностью. Вспоминая свои юные годы, мечтала побывать в церкви – для педагогов в те далекие 40-60-е это грозило серьезными последствиями… Ни минуты не сидела без дела. Дома, практически в одиночку (в отсутствие дочери, которая всю войну работала в эвакогоспитале) вела домашнее хозяйство. Ко всему сказанному, занималась воспитанием не очень послушного внука, стремясь привить ему задатки интеллигентности. Мария Алексеевна Морган – яркий представитель отечественной провинциальной интеллигенции, пережившей гражданскую и две мировых войны, революцию, хозяйственную разруху, порой несправедливость и гонения на отдельных этапах жизненного пути. Несмотря ни на что (как и многие другие), она гордо пронесла через всю свою жизнь высокую планку отечественной культуры и нравственности и сумела передать свой интеллектуальный и духовный генофонд будущим поколениям. Похоронена в Иванове, на кладбище Балино.
В семье Леонида Николаевича и Марии Алексеевны 9 ноября 1911 года (новый стиль) в Либаве (Лиепая) родилась дочь Нина Леонидовна Морган (09.11.1911 – 18.03.2004). Нина Леонидовна продолжила дело отца, стала врачом. Участник Великой Отечественной войны. Орденоносец. Ветеран труда. До 1921 г. Нина жила с родителями в Либаве, Гельсингфорсе (Хельсинки), Петрограде, затем в Севастополе (1921 – 1928 гг.) – по месту воинской службы отца. С 1928 по 1933 год проживала в Вичуге, где ушедший в отставку отец работал в Вичугской районной СЭС. В Вичуге окончила школу и поступила в Первый Ленинградский медицинский институт (1930 г.). Училась у знаменитых профессоров: Джанелидзе, Никитина, Ланга, Эрисмана и др. В 1935 году Нина Леонидовна защитила диплом и по распределению несколько месяцев работала в Казахстане. Затем уехала к отцу в Иваново (отец работал в областной СЭС), откуда семья в 1936 году переехала в город Шуя. В Шуе Нина Леонидовна возглавляла здравпункт Объединенной фабрики.
С первых дней войны работала хирургом, затем начальником хирургического отделения, а с 1944 года – начальником эвакуационного отделения в сортировочном эвакогоспитале № 1895. Госпиталь подчинялся Воронежскому фронту (с начала 1943 г. – 1-й Украинский фронт) – командующий фронтом генерал Ватутин. Нина Леонидовна начала работать в звании старшего лейтенанта медицинской службы, через два месяца получила звание капитана, в 1943 году – майора медицинской службы. В непрерывной интенсивной учебе и работе прошли 1941 и 1942 годы в Шуе. После взятия войсками Курска эшелон с госпиталем двигался за наступающим фронтом с развертываниями: в небольшом населенном пункте на Украине, недалеко от Шепетовки, в г. Проскурове (теперь Хмельницкий), в Тарнобжеке (Польша) и в пограничном немецком городе Зорау. Работать приходилось в тяжелейших условиях, в палатках или в неприспособленных и наскоро оборудованных помещениях, в основном по ночам, в условиях крайнего дефицита времени, под постоянной угрозой бомбежек. Порой хирургические бригады работали по несколько суток, буквально валились с ног от усталости. За весь период войны Нина Леонидовна получила всего одно поощрение в виде кратковременного (3 суток) отпуска с выездом домой. В Зорау госпиталь проработал до конца войны, оказывая помощь и отправляя на родину раненых и больных. После окончания войны госпиталь уже работал по отправке наших репатриированных граждан.
Нина Леонидовна внесла свой достойный вклад в дело победы над врагом, оказывая квалифицированную медицинскую помощь и спасая жизни раненых и больных военнослужащих 1-го Украинского фронта. Её самоотверженный труд влился в те легендарные 72, 3% спасенных и возвращенных в строй раненых и 90,6% больных солдат и офицеров Советской Армии, что является абсолютным рекордом за всю историю мировых войн (18 млн. человек). И мы, потомки победителей, гордимся ими и их великими подвигами, совершенными во имя Родины, во имя жизни и счастья будущих поколений. Нина Леонидовна была награждена орденом «Красной Звезды», орденом «Отечественной войны II степени», медалью «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне» и др. наградами. После войны вернулась в Шую и поступила на работу в городскую СЭС. В последующем несколько лет возглавляла санэпидстанцию. В 1958 году переехала в г. Иваново, где поступила на работу в областную санэпидстанцию врачом по промышленной гигиене, а после, с образованием отделения гигиены труда, бессменно возглавляла его до 1986 года. Зарекомендовала себя высококвалифицированным специалистом. Пользовалась большим уважением у областного руководства и администрации контролируемых объектов. В 86 лет с энтузиазмом взялась за написание воспоминаний, создав на примере собственной жизни хронику Отечественной истории XX века («Сквозь тернии XX века»). Ее жизнь – это история поколения отечественной интеллигенции, пережившего тяжелейшие испытания двух мировых войн, революцию, послевоенную разруху, с честью прошедшего через них и внесшего существенный вклад в нашу Победу и Возрождение страны в послевоенный период. Похоронена в г. Иваново на Ново-Талицком кладбище.

Единственный внук Леонида Николаевича Моргана, Виталий Всеволодович Бердышев, родился 12 июня 1936 года. В 1954 году закончил с золотой медалью школу № 1 в г. Шуя Ивановской области, затем в 1960 году - Военно-медицинскую академию им. С.М. Кирова. В должностях военно-морского врача проходил службу на Тихоокеанском флоте (1960 – 1980 гг.). Участвовал в одном из первых боевых походов в низких широтах. Кандидат медицинских наук, подполковник медицинской службы в отставке. Занимался научными исследованиями в области гигиены и физиологии труда, вопросами адаптации и климато-физиологии в Приморье и в тропиках, вопросами обитаемости кораблей и судов, работоспособностью личного состава в экстремальных условиях учебно-боевой деятельности. После ухода в отставку по болезни работал в системе гражданского здравоохранения и в ДВО РАН. Внедрял в практику флотскую методологию контроля за здоровьем и профилактики заболеваний в трудовых коллективах г. Владивостока. Многое сделал в развитии теории и практики валеологии (наука о здоровье).
С 1995 года занимается литературным творчеством. Отдаёт предпочтение описаниям красоты и величия нашей природы, экологическим проблемам, миру животных, вопросам культуры, искусства, музыки, науки, валеологии. Проявляет интерес к судьбам ветеранов, семейной хронике и мемуарам – написал воспоминания о своем детстве и воинской службе. Много времени уделяет воспитанию молодого поколения. Выступает в школах, средних и высших учебных заведениях с литературно-музыкальными, эстетико-образовательными программами в качестве лектора, чтеца, пианиста, аккомпаниатора. На личном примере активно пропагандирует здоровый образ жизни и науку о здоровье – валеологию.


Приложение:

Послужной список

Морган Леонид Николаевич
Начальник врачебно-санитарного отдела
Военно-Санитарного Управления Морских Сил Черного моря

Составлен 16 апреля 1927 г.

Определён на военно-морскую санаторную службу и назначен врачом Сибирского Флотского экипажа.
18 октября 1907 г.

Назначен исп. обязанности ст. врача Крейсера "Жемчуг" с прикомандированием к Владивостокскому Морскому госпиталю.
18 октября 1907 г.

Прикомандирован к Владивостокскому военному госпиталю (внутреннее отделение)
Январь 1908 г.

Назначен врачом транспорта "Камчадал" (Николаевск-на-Амуре)
Август 1908 г.

Переведён на Балтийский флот и назначен врачом п/с "Азия"
Май 1909 г.

Назначен врачом транспорта "Хабаровск" с исполнением обязанностей врача Дивизиона подводных лодок
Сентябрь 1909 г.

Назначен врачом 8-го Дивизиона Эсминцев. Прикомандирован на зимнее время к Либавскому Морскому госпиталю (Терапевтическое отделение)
Октябрь 1911 г.

Назначен врачом Дивизиона Эскадренных миноносцев типа "Новик"
Февраль 1917 г.

Прикомандирован к Военно-Медицинской Академии для усовершенствования
Январь 1917 г.

Назначен флагманским врачом мин-дивизиона
Апрель 1918 г.

Эскадра Балтийского флота перебазировалась в Финляндию (Гельсингфорс)
1917 г.

Эскадра Балтийского флота совершила переход в Кронштадт ("Ледовый поход") 1918 г. Назначен главным врачом Черноморского флота (Мариуполь)
Июнь 1920 г.

Эвакуировался со Штабом Командующего МС ЧФ Добровского в Одессу
Сентябрь 1920 г.

Эвакуировался из г. Одессы в г. Харьков
Октябрь 1920 г.

Назначен начальником Санчасти Тыла при Измайлове
Ноябрь 1920 г.

Переведен на службу в Балтийский флот на должность флагврача Отдельного плавающего Дивизиона эсминцев
Декабрь 1922 г.

Назначен начальником Врачебно-санитарного отделения Санит-балта
Ноябрь 1923 г.

Приказом по ВСУ от 21.06.24 г. № 211 назначен на должность врача штаба дивизиона траления и заграждения Чёрного моря
Июнь 1924 г.

Назначен Флагманским врачом отряда траления и заграждения Чёрного моря
Июль 1924 г.

Приказом по ВСБ от 4.XI-24 г. № 331 назначен Флагманским врачом Службы Связи Черного моря
Июль 1924 г.

Назначен начальником врачебно-санитарного отдела Военно-Санитарного Управления Морских Сил Черного моря
Октябрь 1926 г.

Уволен в запас 2-й очереди по болезни с пенсией и зачислением на учёт Могилёв-Подольского Военкомата
Март 1928 г.


Источники:
1. ЦГИА СПб Ф.14 Оп.3 Д.37095 Леонид Морган СПб Университет
2. ЦГИА СПб ф.19 оп.124 д.1306 Л.582 Морган Леонид – метрическая запись о рождении
3. Зодчие Санкт-Петербурга. XIX — начало XX века / сост. В. Г. Исаченко; ред. Ю. Артемьева, С. Прохватилова. — СПб.: Лениздат, 1998.
4. https://ru.wikipedia.org/wiki/Морган,_Василий_Егорович
5. http://dokumente.ios-regensburg.de/amburger/index.php?id=83644
6. Благово Н.В. Школа на Васильевском острове. Часть I. СПб, Анатолия. 2013.
7. http://www.kmay.ru/sample_pers.phtml?n=2123 – Николай Николаевич Морган
8. Фамильный архив семьи Морган
9. Е.М. Иванов, А.С. Крупин, В.В. Тимофеев, В.И. Шестов. Становление и развитие отечественной военно-морской медицины. Изд. «Медицина», 1976.


Биографическая страничка составлена Виталием Всеволодовичем Бердышевым (внуком Л.Н. Моргана, г. Иваново) и Муратом Тимуровичем Валиевым (Санкт-Петербург).

Благодарим Ольгу Степановну Лапшову (Иваново) за действенную помощь при работе над биографией Н.Л. Моргана.
10.06.2018

При использовании ссылка на сайт обязательна в виде "В.В. Бердышев, М.Т. Валиев. Биографическая страничка Моргана Леонида Николаевича. http://kmay.ru/sample_pers.phtml?n=2122. (дата обращения)"






Дополнительные материалы:


Фотолетопись:


11.08 День рождения выпускника нашей школы, профессора А.А.Кракау

21.08 День рождения выпускника нашей школы, действ. чл. АН Бел ССР М.А. Ельяшевича

25.08 День рождения выпускника нашей школы, академика архитектуры А.А. Бруни

01.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, бригадного интенданта РККА, Александра Леонидовича Апухтина

20.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, художника Ф.Ф.Беренштама

20.09 День рождения бывшего ученика нашей школы, контр-адмирала Иосифа Васильевича Коссовича


























2009-2011 © Разработка сайта: Яцеленко Алексей